Глава 14. Антия и Кельты

И так после распада Русколани на Кавказе появляется держава русов — Антия, которая охватывала северный и западный Кавказ и земли от среднего течения Дона до низовий Днепра. А ушедшие из Дикого поля рода русов-киевлян образовали небольшое княжество Киевское. В 501 году берегами Азовского и Черного морей овладели болгары, создав болгарское государство.

С 527 года на Дону и Кубани усиливается царь Горда. А в 543 году, после смерти болгарского царя Аттилы (это уже другой) воевавшего на Дунае на северный Кавказ приходят и обосновываются на постоянное жительство болгарские племена. Ныне известные как «балкары» или «черные болгары» (принявшие мусульманство), но основная масса болгар возвращается на Волгу, и живущих ближе к Каспию называют «Овятки», или «Белые Булгары» так как они не приняли учений ни Христа, ни Магомеда (называются ещё чистыми болгарами, как и Чимарии — чистые марийцы). В середине V века русы Причерноморья на некоторое время захватывают власть в Италии и возводят на престол своего вождя Эрариха, но в конце века, по сообщению Псевдозахария Сирийского, возвращаются в свои степи на Северный Кавказ.

Сказание про царя Ругату

Как по весне, когда снега тают, и течёт живая вода-модрица, и голубеют поля, так в небе Велес со своими волами синими вместе с Орием рают землю Навскую. И вспоминаются времена стародавние, которые давно в верболозы ушли, да там где-то и затерялись. Так во времена те, когда наши старые Бабы-Пращурицы ещё в длинных сорочках бегали, а наши Щуры Навьими на Том Свете были, в те времена, когда хлеба не знали, не сеяли, а собирали корни, в золе пекли, пили молоко и творог и творили из молока на Сурье осуренном и молились на Солнце ясное, чтоб оно от Мор-Мары и Ямы избавило, так в те времена было в степи много разных людей. Были люди Русские и не Русские, Вагарские, Лебедянские, Гырловые, Корческие и Гниловые с Камышевахи, с Дона, и просто степные неведомые. И все те люди проживали мирно и помогали друг другу.

И был у них царь Ругата Сильный, и был он славным и храбрым, никого не боялся ни днём, ни ночью. И ходили люди его табором за скотом на больших возах, лошадьми запряженных. А на возах тех были плетёные козыри поставлены и сверху войлоком обтянуты, а внутри сено и овечьи шкуры настелены. И жили в тех возах деды старые, бабы, дети и хворые, а также воины, в сече раненые, кого надо было лечить травами, поить отварами и мазать мазями. А все мужи сильные с мечами, пиками за возами ехали на баских буланых конях. А за спиной у них — тульи стрельные, а за спиной — луки тугие, и каждый готов оборону держать от врага.

А вечером становился Табор у речки, возы колом (кругом) ставили, а в середине разжигали большое Кострище, а дальше в степь высылали дозоры, чтоб враги не напали нежданно. А враги нападали часто, особенно Греки, крали в ночи и скот, и людей. Не хотели платить, предпочитали задаром брать, а юношей крали и холостили навек, делали из них покорных волов.

И ненавидел их за то царь Ругата, бросался вслед с войском своим, бил, ломал, не давал пощады. И ежели клялись пленённые Греки, что никогда больше не станут ходить на Русь и просили отпустить их, помиловать, то знал Ругата, что через тыждень они придут назад с новою силою, и потому никого из них не жалел.'

И. скачет гонец к царю Ругате и говорит, что Годяки близко, и что они конями разорвали двух Родичей, и вблизи ходит также Угра степная и Хоропы. И клич даёт царь своим людям:

— Седлайте, Русы, коней и всякого, кто захочет нашей земли, накормим ею досыта, чтоб больше чужой земли не хотел!

И скакали Русы в широкие степи, и сражались там отважно с врагом, и помогали им Костобцы Хоробрые, и на время Русь от врагов избавилась.

И три дня справляли Русы с Костобцами Тризну по своим убитым собратьям-воинам, и славили царя Ругату и царя Костобцев, и всех людей русских, а врагам изрекали ганьбу.

Кельча и Русь степная

Во времена, когда Русами царь Ругата правил, пришли в степи рудые (рыжие) Кельчи (Кельты), Иры (белые племена выведенные князем Ирием, и обосновавшиеся, в районе Ира-на, Ира-ка, Ce-Иpии, а потом при нашествии Арабов в седьмом веке переселившиеся в район Ирландии), к Скочи (Скоты — арийские рода вышедшие из Семиречья. Обосновавшись в Приазовье они ассимилировались со скифскими и прочими племенами, поскольку свидетельства, исторических и военных деятелей — современников скифов, сколотов и саков, скотов — не видят различая между этими народами), и стали вести большую охоту с собачьими гонами за сагайдаками, кабанами и козами.

Набьют зверя, пригласят Русов и пьют-едят вместе, песни поют весёлые. Дружно с Русами жили, только, случалось, коров у них крали. Сидит, бывало, царь Pyгата, а Кельты ему мясо несут. И знает он, что у русов украдено, а чем докажешь? Съест Ругата молча, ещё и подякует.

Как-то прибежало с плачем одно племя степное и рассказало, что Годяки на них напали, многих старых и малых побили, других конями разорвали, скотину позабирали, коров, коней, а молодых погнали продавать Грекам в отрочество!

Поднялся Ругата-царь и сказал:

— То и нам всем будет, ежели Готов не наказать и не втемяшить им, что они не одни в степи живут, и Дружба Степная за себя постоять может!

Сели Русы на коней, а с ними и Кельты со Скочами (Скотами), а за теми и Иры храбрые. Поскакали они на полудень, догнали Готов, окружили и побили нещадно, а полонников освободили.

Тут прискакал гонец и сказал, что Рома (Римляне) идёт, узке до Паншины дошла и Межи, ходит в Нарочи и грабит русских людей.

Кликнул царь Ругата других степных князей, и собрались они идти на Рому великой войной. И пошли Кельты, Скочи (Скоты) и Иры, Русы и Русколани, Веды и Вятичи и другие степные племена, и народы с вояами своими и со стадами. Помалу дошли до Днепра, а потом берегом морским шли и переправились через синий Дунай.

И началась война аж на сто лет! И за те сто лет люди умирали, новые рождались, старели и тоже умирали, и аж до правнуков шла война та злая. И Рома от неё плакала, и Руса, и никто мира просить не хотел, потому, как Руса в рабство идти не хотела, а Рома плакала, потому что без рабов жить не могла.

И та воина всё шла и шла, много русов погибло на ней и ромов, и греков-ромеев, и прочих, кто хотел войны, и кто не хотел. И часто слышно было в степи, как волынка играла, — то Кельты шли на войну. И сам царь Кельтов рассказывал, что ему явилась Конская Голова (способ предсказаний) и предвещала победу, и ещё ранним утром он видел в небе Червоный Воз.

А ведуны знающие растолковали, что грядёт день смерти царя, а злая война ещё будет длиться и длиться!

Сказание про Кельчу в степях

Как пришла весна и Русы стали выгонять скотину на пастбища между Днепром и Днестром, то старые Родичи молодёжь наставляли: «Ходите, Русы, до Днестра борзого, ходитe до Днепра славутного, а до Дуная синего не ходите! Тот Дунай синий грозный, за ним сидят Волохи и смотрят, как бы Русов в рабство забрать, на себя работать заставить. И юношей они холостят, а старых и малых до корня изводят».

И шли молодые Русы в степь со скотом, и доходили аж до Великой Могилы, где когда-то Комыри (Кимры) с Оставурами против врагов своих бились, и в той могиле похоронили Комыри своего царя. Поставили его в яму на возу царском, а вокруг — убитых коней и всадников, а с ним и жену, вражеской стрелою пронзённую, и всех воинов, что в том бою пали, поставили охраной вокруг, чтоб они в Навь (Миры Предков, куда уходят умершие) с ним вместе отправились.

И Русы хранили ту Могилу от поругания, и никто не смел её осквернить — мог за то головы лишиться или из Рода изгнанным быть. Только Тризны справлять у Могилы той дозволялось.

И вот пришли молодые Русы в те места, поставили себе шалаши-халабуды и стали в них жить, за скотом смотреть. И пришла к ним Кельча и сказала, что у них свято (праздник), и тоже станом раскинулась.

А утром ранним стала Кельча плясать, начала с песнями Конскую Голову от халабуды до халабуды носить, а знахари — провещать будущее и заклинать Диво-Дивное и Лихо Семиочистое, чтоб они ни к скоту, ни к людям не приходили.

И Русы за то уважали и благодарили Кельчу.

А потом Кельча Русов к себе на страву (пиршество) звала, и все Русы садились слева от царя Кельчи и трижды ему «славу» кричали. И спрашивали Русы, отчего Кельча в степи дозоры не выставила, неужто ворога не опасается?

А потом видели, как кельтские знахари косили траву и небольшими стожками вокруг ставили. И прискакали тут дозоры Волошские, и глядели в степь, а Кельчу и Русу не видели, не могли заглянуть за стожки те волшебные (вот так же и казаки — характерники отводили глаза).

И встал старый Ведун кельческий, и махнул он вишнёвым прутиком, и тотчас развернулись и ускакали враги. И опять Русы трижды Кельче «славу» кричали, и сдружились они с Кельчей тою навек, и уже вместе от врагов оборонялись.

Глава 15. Обры и Хазары